Андрей Кудинов: Рабочая Косточка, 55 лет

Таких нападающих редко включают в символические сборные. Да и специальной номинации для них нет – какой приз может быть у классического работяги, настоящего «чернорабочего» льда?

Внимание общественности обычно приковано к звездам, бомбардирам, снайперам – тем, кто всегда на виду и непосредственно делает результат. Таков закон восприятия, и это естественно. Но где были бы великие без тех, кто выполняет за них всю черновую работу, выкладываясь по полной от начала до конца матча, устраняя ошибки партнеров и создавая им максимально благоприятные условия? Как правило, такие игроки меньше всего беспокоятся о статусе или популярности. Им важнее уважение товарищей по команде и болельщиков.

Андрея Кудинова именно за это и уважали. Он не забрасывал много шайб и не был главным организатором игры в своем звене, хотя и выступал на позиции центрального нападающего. Его также нельзя назвать выдающимся распасовщиком или исключительно центрфорвардом оборонительного плана. Однако его вполне можно было назвать ответственным за все происходящее на площадке. Это была его суть – находиться там, где команда нуждалась в нем больше всего: будь то в атаке или обороне, закрывая слабые места, идя в жесткие единоборства, прерывая опасные контратаки, сражаясь в углах площадки или пробиваясь на «пятачок» перед воротами соперника.

Как игрок, завершающий атаки, Кудинов выходил на первый план нечасто. В его звене всегда были партнеры, способные это делать – достаточно вспомнить только **Сергея Гомоляко**, да и **Игорь Варицкий** был отменным снайпером. Именно с Гомоляко и Варицким он играл в своем последнем матче за челябинский «Трактор» перед отъездом в Северную Америку в 1993 году. Это же звено, уже воссоединившись в Магнитогорске, стало обладателем приза «Три бомбардира». Позже Варицкого в тройке заменил еще один бывший игрок «Трактора» **Валерий Карпов**. И это звено продолжало во многом определять игру магнитогорского «Металлурга» в золотую эпоху под руководством **Валерия Белоусова**. При этом я не припомню, чтобы Андрея Кудинова отдельно выделяли как лучшего игрока какого-либо матча.

Однажды Валерий Белоусов, царствие ему небесное, не то чтобы упрекнул меня, но заставил задуматься. Это была обычная игра, которую «Магнитка» вытащила с огромным трудом, долго вкатываясь в темп (как шутил капитан **Михаил Бородулин**, «кости-то старые»). Решающие голы забили лидеры команды, которых я, по привычке, и включил в символическую тройку лучших игроков матча. Константиныч поинтересовался, кого я отметил, и, не возражая прямо, добавил, что, по его мнению, лучшим был именно Андрей Кудинов. Он объяснил: «Андрей был готов с первых же секунд, в отличие от большинства других наших хоккеистов. Да, у него нет заброшенной шайбы или результативной передачи. Но когда у всей команды игра не шла, Андрей делал свою работу на очень высоком уровне – сорвал две острейшие атаки соперника, провел несколько силовых приемов, выиграл все единоборства, участвовал в голевой комбинации на самой начальной стадии после отбора шайбы. И вообще, если присмотреться, он никогда не играет ниже своего обычного уровня».

Белоусов, конечно, был абсолютно прав. Но кто бы меня понял, если бы я выделил не ярких **Евгения Корешкова** или **Сергея Гомоляко**, а именно Андрея Кудинова? Плеяда талантливых нападающих «Магнитки» второй половины 90-х всегда была в центре внимания. Андрей же оставался в тени именно потому, что его игра не была броской, он не устраивал шоу, не приковывал к себе взгляды. Однако, если бы я внимательнее прислушался к словам Белоусова, то раньше осознал бы, что стабильность игры команды во многом обеспечивалась именно Андреем Кудиновым. Его роль не была главной, но она была необходимой и чрезвычайно важной.

Когда после триумфального трехлетия в 2000 году Белоусов начал серьезную перестройку состава, расставшись с десятком звезд, в том числе с теми, с кем начинал работать еще в «Тракторе», Андрея Кудинова он оставил в команде. Он не боялся потерять потерявшую мотивацию звезду, хоть и расставался с ними тяжело. Но с Кудиновым расставаться не хотел и не мог.

В 2001 году «Металлург», потерявший почти половину золотого состава образца 1999 года, вновь завоевал чемпионство. Последний гол того сезона, в решающем матче в Омске, за 17 секунд до финальной сирены забил **Сергей Осипов**, отправив шайбу в пустые ворота с нулевого угла. Передачу ему отдал Андрей Кудинов, самоотверженно сработавший в обороне.

Талантливое поколение челябинских хоккеистов, появившееся на рубеже 80-х и 90-х, стало, возможно, последним массовым выпуском знаменитой и одной из лучших в стране школы «Трактора». Конечно, и в последующие годы школа выпускала отличных игроков, но тогда в основную команду пришли ребята сразу из нескольких выпусков, сформировав по сути целый новый коллектив. Время для полноценного заявления о себе было непростым, но фундамент оказался настолько прочным, что «Трактора» хватило еще на три-четыре года. Эти годы совпали и с дебютом Валерия Белоусова на посту главного тренера, что во многом определило как его дальнейшую карьеру, так и судьбу его молодых подопечных.

Андрей Кудинов пришел в хоккей в шесть лет, следуя примеру отца, игравшего на хорошем уровне. В спортшколе его наставниками были **Валерий Рякин** и легенда «Трактора» **Николай Бец**. Команда 1970 года рождения дважды подряд выигрывала чемпионат РСФСР, а в 1985 году стала чемпионом СССР среди юношей. Андрей Кудинов был заметным нападающим в той команде. Пробиться в основной состав «Трактора» в 17 лет было почти невозможно из-за переизбытка талантов. Поэтому переход во взрослый хоккей Кудинов и его сверстники, среди которых были Сергей Гомоляко, **Андрей Сапожников**, **Сергей Тертышный** и другие, осуществляли в челябинском «Металлурге». Оттуда его и призвали в армию. Послужив месяц по-настоящему, Кудинов оказался в свердловском СКА, где понял, что может и дальше профессионально расти.

К моменту возвращения в «Трактор» он был уже сформировавшимся форвардом. Однако потребовалось еще год-полтора, чтобы вместе с командой выйти на ведущие позиции. Постоянных партнеров поначалу не было. В первых матчах после возвращения его четвертое звено (с Ивановым и Шадриным) по-настоящему отметилось лишь однажды – в победном матче против минского «Динамо», когда тройка забросила три шайбы, одну из которых, свою дебютную за «Трактор», забил Кудинов. Связки с **Равилем Гусмановым**, Игорем Варицким, Сергеем Гомоляко также сложились не сразу. Все происходило постепенно, как и его переход на позицию центрфорварда. Когда состав более или менее стабилизировался, последовал рывок: «Трактор» стал бронзовым призером первого чемпионата Межнациональной хоккейной лиги, а Андрей Кудинов в сезоне 1992-1993 стал вторым плеймейкером команды (у **Игоря Федулова** было 25 передач, у Кудинова – 24).

Он уже сыграл полтора десятка матчей за олимпийскую сборную, но на Олимпиаду 1992 года в Альбервилле не попал из-за молодости. В числе пятерых челябинцев-чемпионов мира 1993 года его также не оказалось – **Борис Михайлов** предпочел других кандидатов. Вполне вероятно, что, останься Андрей Кудинов на сезон-другой в России, он бы выступил на следующем чемпионате мира. Однако силовым центрфорвардом уже заинтересовались «Нью-Йорк Рейнджерс», и откладывать отъезд Кудинов не стал. В фарм-клубе «рейнджеров» он не потерялся, проведя два сезона на хорошем уровне, но вызова в основную команду так и не дождался. Он был терпелив и старателен, но, по-видимому, от него ждали большего, чем он мог дать. Третий сезон в «Бингемтоне» стал последним за океаном. Пришло время возвращаться – но не в родной «Трактор», который переживал не лучшие времена, а в магнитогорский «Металлург», под крыло к Белоусову.

Многие челябинские болельщики до сих пор не могут простить Магнитке «разорение» «Трактора». Но этот процесс начался не с игроков и не с тренера. Валерий Белоусов ушел, когда устал биться о глухую стену, а лидеры потянулись к нему из разных мест, в том числе из-за океана, чтобы успеть реализовать свой потенциал. Они уже почувствовали, что такой шанс может выпасть раз в жизни. Не все они были «сбитыми летчиками», но все не знали вкуса больших побед – в Магнитогорске такая перспектива открывалась. Это была почти идеальная ситуация и для Гомоляко, и для Карпова, и для Гусманова, и, конечно, для Кудинова, который отлично вписался в эту команду, став ее надежной опорой. Потому что он был игроком основательным и исключительно надежным, что высоко ценит любой тренер. То, что эта «сборная команда» не превратилась в «банду», – заслуга не только руководства клуба и тренерского штаба, но и таких игроков, как Андрей Кудинов.

«Магнитка» конца 90-х – начала нулевых вписала свое имя в историю отечественного хоккея именно потому, что в ней не было людей без мотивации. И речь идет о самой сильной мотивации – внутренней. Когда мечты были осуществлены, огонек у многих начал угасать. Но к Андрею Кудинову это не относится – он и дальше не снижал бы свой уровень. Однако четыре операции на одном колене – это было слишком. Так самоотверженно работать, как он работал раньше, он уже не мог. А в той «Магнитке» иначе было нельзя.

Когда он окончательно ушел из большого хоккея, он поинтересовался у одного из руководителей «Трактора», нужны ли им молодые тренерские кадры. Ему ответили, что пока нет. Пришлось уйти в бизнес, но хоккей снова позвал его. Возвращался он постепенно и основательно, в итоге возглавив хоккейную школу родного клуба. Кудинов проработал директором три года, «обеспечивая процесс подготовки молодых хоккеистов, передавая опыт как тренерам, так и игрокам», связывал большие надежды с предстоящим открытием Центра олимпийской подготовки. Но именно в этот момент «для решения амбициозных задач» было принято решение о смене руководства хоккейной школы «Трактора».

Возможно, стиль работы Андрея Викторовича Кудинова посчитали несовременным. А принципы у него и были, и остаются простыми: «В хоккее для меня неприемлемы такие понятия, как разгильдяйство и безответственность… Только дисциплина и трудолюбие могут раскрыть талант. Эти же качества я всегда ценил в людях».