Истории о тренерах, которые годами выстраивали команду и добивались с ней успеха, всем известны. Но гораздо чаще встречаются ситуации, когда наставник проделывал огромную работу, останавливаясь совсем близко к заветному титулу. К сожалению, такие истории реже остаются в памяти болельщиков.
В сезоне 1981/1982 годов воскресенский «Химик» финишировал предпоследним в чемпионате СССР, вынужденный отстаивать свое место в Высшей лиге через переходный турнир. Такой результат не стал неожиданностью. После ухода Николая Эпштейна в 1975 году команду возглавил Юрий Морозов, которого многие считали чересчур мягким. В тренерской работе эта черта характера скорее мешает, и при Юрии Ивановиче возникали сложности с дисциплиной. «Химик» чаще разочаровывал своих поклонников, чем радовал, прочно обосновавшись в нижней части турнирной таблицы.
В 1982 году пост главного тренера занял Владимир Васильев, который начинал свою игровую карьеру в «Химике» еще в конце 1950-х. Впоследствии он становился чемпионом страны с ЦСКА, играл за «Крылья Советов» и в Австрии. Тренерскую деятельность начал в 1975 году, пройдя путь от детской школы до помощника Бориса Кулагина в «Крыльях». Работал и главным тренером, но лигой ниже – в «СК имени Урицкого». На тот момент Владимиру Филипповичу был 41 год, и он считался молодым, перспективным специалистом, но не более того.
Возглавив «Химик», Васильев сфокусировался на двух ключевых направлениях: наведении дисциплины и активном привлечении местной молодежи – воспитанников собственной школы. Причем второе помогало осуществить первое. Не обладая безусловным авторитетом среди опытных игроков, Владимир Филиппович оказывал на них давление, вводя в состав молодых хоккеистов и тем самым обостряя конкуренцию за место на льду. К счастью, новое поколение воспитанников школы «Химика» было очень талантливым. Среди них были Валерий Каменский, Андрей и Дмитрий Квартальновы, Андрей Ломакин, Герман Титов, Александр Черных. Уже через два года, активно обновляя состав за счет молодежи, Васильев достиг значимого результата – бронзовых медалей. Однако затем он столкнулся с распространенной проблемой для тренеров немосковских команд в СССР – у него стали забирать игроков. Братья Квартальновы провели по два года в различных СКА, Каменский и Черных перешли в ЦСКА, а Ломакин – в «Динамо». Но Владимир Филиппович не сдавался и продолжал гнуть свою линию. Школа «Химика» выпустила новое поколение талантливых хоккеистов, таких как Валерий Зелепукин и Вячеслав Козлов. Из других школ Васильев привлек Романа Оксюту, Леонида Трухно, Алексея Червякова и Алексея Яшкина. К сезону 1988/1989 в команду вернулись братья Квартальновы и Александр Черных, и «Химик» превратился в коллектив, способный серьезно конкурировать с непобедимым ЦСКА.
— Дмитрий Вячеславович, первый сезон Васильева в «Химике» стал и вашим первым на взрослом уровне?
— Я бы не назвал его своим первым полноценным сезоном, ведь мне было всего 17 лет. Васильев заявил меня на один матч, потому что кто-то получил травму. Помню, игра была в Москве, но на лед я так и не вышел. Владимир Филиппович практиковал такой подход – заявлял молодых ребят, чтобы они почувствовали атмосферу большой игры, «подышали» ею. Мы сейчас поступаем точно так же с некоторыми нашими молодыми хоккеистами, которые еще не совсем готовы играть – просто включаем их в заявку, чтобы они привыкали.
— Что именно изменилось в «Химике» с приходом Васильева?
— В советское время «Химик» был довольно своеобразной командой. У нас всегда было много местных воспитанников, но ведущие роли зачастую играли не они. Москва ведь рядом, и у нас выступало немало хоккеистов из столичных клубов, именно они часто были на первых позициях. Васильев же стал очень серьезно работать со школой, с детскими тренерами. Он пригласил в свой штаб Геннадия Николаевича Сырцова, который тренировал нашу команду моего возраста. А у нас была очень сильная команда; мы, кажется, даже занимали второе место в СССР по нашему году. Нас стали активнее привлекать к тренировкам и играм основной команды, и это сразу дало эффект. Я всегда говорил и считаю, что местные воспитанники играют за родной клуб совсем по-другому. Для меня, например, выходить на лед в форме «Химика» значило невероятно много – это была моя команда, мой родной город. И сейчас то же самое – когда игрок выступает за команду своего города, это для него огромное событие, это очень сильно влияет на его игру и настрой. Видимо, Владимир Филиппович разглядел это в нас. Постепенно, не сразу, конечно, а за несколько лет, мы действительно вышли на ведущие роли и стали лидерами коллектива.
— Какими методами Васильев этого добивался?
— Владимир Филиппович очень грамотно подводил нас, молодых, к основному составу. К каждому применялся индивидуальный подход. Он не бросал нас сразу в пекло, а много занимался с нами лично. Огромную роль в этом процессе играл Геннадий Сырцов, который отлично знал всех молодых ребят, ведь он нас воспитывал. Помимо меня, из моего возраста там были Валера Каменский, Олег Лаврецкий, Игорь Марюхин, Олег Белоусов – человек пять или шесть точно. Валера на тот момент выглядел сильнее меня, и Васильев его оставил в команде, а меня отправил в армию. Сказал, что я еще не совсем готов и мне нужно поиграть в Первой лиге, окрепнуть. За два года в армии я набрался сил, окреп физически и морально, и когда вернулся в «Химик», было уже гораздо легче. Вот такими продуманными методами к 1989 году у нас собралась команда, которая была по-настоящему готова к большим достижениям. К тому моменту мы уже были крепкими, сформировавшимися игроками.
— У вас была возможность избежать призыва в армию?
— Способы, конечно, существовали – например, как Валере Каменскому, который уже тогда демонстрировал выдающуюся игру, сделали отсрочку. Но Васильев не пошел по этому пути. Я, честно говоря, еще не был готов полноценно конкурировать за место в основе с теми, кто там играл. Владимир Филиппович это видел и не возражал против того, чтобы я набрался необходимого опыта в армейской команде. Два года я отыграл за СКА МВО, вернулся в «Химик» уже двадцатилетним, и вот тогда начался мой по-настоящему серьезный рост. Это вполне нормально: и сейчас есть хоккеисты, которые созревают чуть позже своих сверстников.
— Васильев как-то особенно готовил «Химик» к матчам против ЦСКА?
— Сейчас, спустя много лет, я начинаю лучше понимать его логику. До того самого сезона 1988/89 он нас практически не готовил специально к играм против ЦСКА. Считал, что лучше сосредоточиться на других соперниках, а армейцы всё равно, скорее всего, победят. Когда мы выходили против них, бывало, даже сами не до конца верили, что способны их обыграть. Но позже, когда у нас сформировался по-настоящему сильный, сплоченный коллектив, Васильев понял, что мы готовы сражаться и побеждать любых соперников. И вот тогда он стал полноценно готовить нас к матчам против ЦСКА.
— Как именно проходила эта подготовка?
— Как и положено квалифицированному тренеру – мы готовились физически, тактически и психологически. Плюс уделяли внимание мелким, но важным нюансам непосредственно перед игрой. Но он не занимался излишней «накачкой», в этом не было нужды. Против таких сильных соперников, как тот ЦСКА, накачивать команду не нужно, они сами по себе являются отличным мотиватором и раздражителем. Настраивать особо нужно как раз на матчи против аутсайдеров, там всегда выше риск возникновения шапкозакидательских настроений, самоуспокоения. Впрочем, эта закономерность актуальна и по сей день.
— Персонально разбирали игроков ЦСКА, их сильные и слабые стороны?
— Нет, зачем? Первое звено – Крутов, Ларионов, Макаров, второе – Каменский, Быков, Хомутов. Разбирай их, не разбирай, они сами кого угодно могли разобрать. Конечно, какие-то тактические моменты, как играть против их звеньев, присутствовали; на ключевые вбрасывания в важные моменты игры выходил специально определенный игрок. Но вот такого, как сейчас практикуется – детальное наложение линий, видеоанализ каждого игрока – такого тогда не было.
— Испытывали ли вы дополнительную мотивацию, играя против бывших одноклубников – того же Каменского или Ломакина?
— Нет, ничего особенного не было. Конечно, до матчей или после мы общались, виделись. Но на игре он выступал за одну команду, я – за другую. И тот факт, что мы оба родом из Воскресенска, в эти моменты уже не играл никакой роли.
— Какова была роль Валерия Брагина в вашей команде?
— Валера – это настоящий Капитан с большой буквы, и для меня он сыграл просто огромную роль. Именно благодаря ему я смог вырасти и стать одним из лидеров команды. Когда я вернулся из армии, первое время играл в третьем-четвёртом звене. Примерно в середине сезона Владимир Филиппович поставил меня в тройку к Валере Брагину и Вове Щуренко. Я провел с ними полтора года, и Валера оказался невероятно хорошим наставником, старшим товарищем на льду и вне его. Он немногословен, но если уж что-то говорил, то делал это очень спокойно, уверенным голосом – и его все слушали. Я и сейчас убежден, что замечания и подсказки в раздевалке быстрее дойдут до молодых игроков от лидеров команды, чем от тренера. Валера именно так и поступал, и я ему искренне благодарен за ту поддержку и науку.
В том сезоне 1988/1989 воскресенцы одержали три победы в четырех матчах против ЦСКА. Однако этого оказалось недостаточно для чемпионства, и по итогам чемпионата они стали серебряными призерами. Это высшее достижение в истории воскресенского «Химика». Год спустя команда лидировала после первого этапа чемпионата, но сил на второй не хватило – вперед пропустили московские «Динамо» и ЦСКА. А лучшим бомбардиром того чемпионата стал Дмитрий Квартальнов, набравший 53 (25 голов + 28 передач) очка. Это достижение стало, к сожалению, последним крупным успехом для «Химика» в советскую эпоху. В 1990 году советский хоккей переживал не лучшие времена, и хоккеисты стали массово уезжать за границу не только в НХЛ, но и в европейские лиги – в том числе и из «Химика». А Владимир Васильев так и остался самым успешным тренером в истории клуба, превзойдя результат Николая Эпштейна.
Егор Туманов 
Артем Веденеев